Александр Терихов, город Волгоград

Занимаюсь в музыкальной школе по специальностям гитара и балалайка. Участвую в музыкальных, литературных конкурсах, конкурсах чтецов, где занимаю призовые места.

Участник конкурса не прислал фото

                                              
Мой город Волгоград 
На свете святое есть место,
О нём рассказать буду рад.
Близко моему оно сердцу,
А имя его – Волгоград.

Здесь шла Сталинградская битва,
Решался исход всей войны.
Из прошлого слышу слова я:
«За Волгой для нас нет земли.»

И насмерть солдаты стояли
На этой священной земле,
И жизни свои отдавали
В ненужной проклятой войне.

От взрывов снарядов стонала
Израненная вся земля.
В дыму и пожарах стояла,
Пропитана кровью была.

И Волга – свидетель безмолвный
Тех страшных жестоких боёв.
Все слёзы влились в твои волны,
Наполнив тебя до краёв.

Я выйду в Солдатское поле
И в руку возьму горсть земли,
Задумаюсь я поневоле:
« Ведь здесь шли когда-то бои.»

Лежал весь в руинах мой город,
И крепостью был каждый дом.
Всё было: и холод, и голод,
И всё-таки выстоял он.

На свете святое есть место.
Здесь память героям хранят.
Близко моему оно сердцу,
А имя его – Волгоград.

К 200-летию Отечественной войны 1812 года
Бородино
Все знают: эта панорама
Длиною в день Бородина.
Шагни - и ты в сраженьи прямо,
Здесь вся история видна.

Я с непритворным восхищеньем
Не отвожу от поля глаз,
Как будто заново сраженье
Всё повторяется сейчас.

Передо мною сам Кутузов,
Раевский и Багратион,
Отряды русских и французов
И на коне Наполеон.

Французы быстро наступали,
И сквозь истории года
Всё на пути своём сметая,
Стремились выйти из огня

Свистели пули надо мною,
Летели ядра тут и там,
И белым снегом над землёю
Лежал пороховой туман.

Я вижу смелость офицеров
И героизм простых солдат.
Они в рядах сражались первых
И знали: нет пути назад!

Наполеон мечтал над миром
Большую власть приобрести,
Но к цели бывшего кумира
Россия встала на пути.

Захват страны считая близким,
Своих солдат в поход позвал,
Но силу, мощь и дух российский
Он в полной мере испытал.

И страшным было то сраженье,
Мы всё ж оставили Москву,
Но не поставить на колени
Нас ни во сне, ни наяву.

Я перед памятью священной
Склоняю голову свою,
Слова любви проникновенной
Тебе, Россия, говорю.

Листок
Всё небо матово алело
В осенней мягкой тишине.
Стоял в лесу я по колено
В опавшей золотой листве.

Уже мороз пришёл нежданный,
Листва осыпалась давно,
Снежок пошёл немного ранний,
И нет нигде уж никого.

И с летом, позабыв проститься,
Висел продрогший весь листок.
Один он не хотел смириться:
Расстаться с деревом во срок.

Прошла уж осень не так быстро,
Зима пришла нас покорять,
И вот ко мне примчались мысли:
“Пойти что ль в лес мне погулять?”

Пришёл я в лес нарядный, снежный.
Он в зимнем убранстве стоит.
И вот, о чудо, как и прежде,
Листок осенний тот висит.

Висит назло ветрам, морозу
И в град он тоже уцелел.
И не боится он угрозы,
Хотя немного ослабел.

К нему я подошёл несмело:
Боялся сдуть его совсем.
И вдруг в нём что-то оживело:
Дыханьем я его согрел.

И вот зима ушла уныло,
Весна к нам радостно бежит,
И тает снег везде лениво,
Капель весенняя звенит.

Ну вот и сбылся долгий сон.
Дождался встречи лист с весной.
Всё сбылось то, о чём мечтал он,
Законам всем наперекор.

И понял я, что в жизни надо
Иметь заветную мечту,
Идти к ней смело, безоглядно,
Не поддаваясь никому.

Мечта, с собою увлекая,
Научит верить и терпеть.
Поможет вера нам святая
Все трудности преодолеть.

Утро
Беру мольберт и краски,
Сажусь за холст с утра.
И словно вижу сказку
Из своего окна.

Передо мною - степи,
Зелёный лес шумит,
Летают птицы в небе,
Ручей лесной звенит.

Природа – как картина,
И думается мне:
«Ах, как кругом красиво!
Иль это всё во сне?»

Я кистью так волшебно
И бережно пишу
И радугу на небе,
Тропинку на лугу.

Здесь будет украшеньем
Поляна из цветов:
Ромашки, мак и клевер,
И россыпь васильков.

И лес, представший взору,
Как будто оживёт.
И птичьи разговоры
Мне ветер донесёт.

И солнце, поднимаясь,
Всё озаряет вдруг.
В ответ я улыбаюсь:
«Природа, я - твой друг!»

Я утро то запомню
И всю его красу
И разноцветным слоем
На холст перенесу.

Кириллица
Я в храм входил, как в вечность.
И думал, что постиг
И миг, и бесконечность,
И первый наш язык.

Вот вижу золотые
Я буквы на стене.
Но буквы не такие,
Как в нашем словаре.

Славянским алфавитом
Зовётся то письмо.
Доселе не забыто,
Но создано давно.

Читаю: аз и буки,
И веди, и добро,
Земля, иже и люди,
Живёте и зело.

Я вижу через годы
Послания святых
Кирилла и Мефодия.
Давай прочтём мы их:
« Дар Божий – это знание.
Письмо, как достояние,
Земляне, постигайте,
Дерзайте и вникайте ».

Сейчас письмо другое
В наш просвещённый век.
В нём первый шаг по- своему
Свершает человек.
Но азбука Кириллица-
Начало всех начал.
Останется в истории,
Как первый наш причал.

В этом году я написал первую песню, которую посвятил своему любимому инструменту.

Балалайка
Есть на свете у меня 
Верная подруга.
С ней большие мы друзья,
Не можем друг без друга.

Припев: 
Балалайка, балалайка –
Чудный очень инструмент.
Лучше нашей балалайки
Ничего на свете нет.

Грусть, печаль когда придут, 
Возьму тебя я в руки.
Беды сразу все уйдут,
И нет со мною скуки.

Припев: тот же.

Балалайка – три струны,
Давай с тобой сыграем.
Будем мы всегда дружны,
Людям песнь подарим

Припев: тот же.

Он жил для людей…
«Вся страна живёт тем, что то тут, то там завёлся хороший человек»
Н. М. Ядринцев


Какому мальчишке в детстве не хотелось походить на героя? Моя мама часто рассказывала мне истории о подвигах людей, на которых я мог бы равняться в своей жизни. Некоторые истории прочно вошли в мою память. Я восхищался молодым морским офицером, который проявил осторожность и хитрость при задержании вражеского шпиона. Как мне хотелось походить на политрука с боевого крейсера, подвергшегося атакам противника с воздуха и с моря! В критический момент, когда корабль потерял корму, политрук и другие краснофлотцы не растерялись: зенитчики продолжали бой, а машинисты выводили корабль из зоны преследования. Обыгрывая эти ситуации, мои друзья наперебой спорили, кому достанется роль главного героя. Повзрослев, я с удивлением и гордостью узнал, что все эти истории связаны с именем одного человека, моего прадеда.
Во все времена находились в России люди, целью жизни которых было служение Отечеству. С гордостью отношу своего прадеда Чемесова Олега Григорьевича к таким служителям Отечества.
Мой прадед жил в сложное для нашей страны время, когда она поднималась из отсталости, в годы Великой Отечественной войны и восстановления после неё. Но всегда: учился ли, воевал или работал - он основательно изучал работу, которую предстояло выполнять и людей, с которыми предстояло трудиться. Его личные качества: организованность, целеустремлённость, патриотизм – стали основой для его саморазвития. Олег Григорьевич родился в Астрахани 19 июля 1915года. Возможно, сама великая русская река Волга уже тогда в мечтах присутствовала в голове мальчишки как возможность стать матросом. В 8 лет Олег стал сиротой, а в 14 лет он уже работал, понимая, что стране нужны были инициативные, отличные специалисты. И к 20 годам он стал заведующим гидрологической станции. Начав служить на должности краснофлотца, он вскоре был назначен политруком дивизиона движения крейсера «Слава» Черноморского флота.
Как и тысячи советских людей, мой прадед принял участие в Великой Отечественной войне с самого начала. Участвовал во всех боевых походах, которые совершил крейсер «Слава» - 14 рейсов в осаждённый Севастополь. Свою принадлежность к коммунистической партии Олег Григорьевич считал не привилегией, а высокой ответственностью. О его действиях как политработника в период войны рассказывается в книге А. С. Дукачёва «Курс на Севастополь». Анализируя факты, освещённые Дукачёвым, можно отметить такие качества политрука О.Г. Чемесова, как умение разбираться в людях, в их деловых и нравственных качествах. Ни один из тех, за кого он поручился, не подвёл его в дальнейшем. Мой прадед проводил такую организационную работу, результатами которой являлись улучшение слаженности действий экипажа корабля, усиление боевого духа, установление отношений флотского братства. За выполнение боевых заданий Чемесов О.Г. был награждён двумя орденами «Красная звезда» и тринадцатью медалями .В нашей семье сохранилась телеграмма главнокомандующего военно – морским флотом Горшкова о присвоении Чемесову О.Г. звания - капитан 1 ранга .
Отвоевав на действующем Черноморском флоте, он остался до конца верен двум главным направлениям своей жизни – морю и флоту. Закончив Военно-политическую академию с золотой медалью, а затем аспирантуру, мой прадед получил степень кандидата исторических наук и учёное звание доцента. В одном из писем, адресованных прадеду, можно прочитать: «Спасибо за те знания и опыт, которыми вы щедро делились с начинающими военную биографию курсантами». Будучи членом Союза журналистов СССР, он написал сотни статей и очерков, брошюры и книги по военно-морской истории. Его книги и сейчас можно использовать для образования и воспитания молодёжи.
Важный вопрос никак не давал мне покоя: «Почему мой прадед больше писал о других людях, чем о себе? Может славы не желал? А может, понимал, что без своих боевых друзей, без воинов-соотечественников, не было бы и его пути. Чем глубже я погружался в воспоминания прадеда или наших родственников о нём, тем больше я понимал, что он был из тех людей, которые не пасовали перед трудностями, для которых служба и служение Родине сливались в одно значимое дело. Такие люди не делали карьеры «на солдатских кровях», а могли в пекло полезть сами, умели многим передать свой опыт и в то же время продолжали сами учиться и совершенствоваться.
На каждом этапе своей жизни мой прадед стремился реализовать себя полностью, не думая о наградах, а думая о пользе дела, людях, Родине. Вся жизнь Чемесова О.Г. была частью истории страны и служением для её блага. Хочу посвятить ему строки из моего стихотворения:
За смелость в ту войну с врагами
Ты награждён был орденами.
Наград, медалей всех не счесть
За подвиг, воинскую честь.

Гордиться буду я тобой,
И вечно в памяти со мной
Мой прадед, Чемесов Олег,
Тебя я буду помнить век.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Здесь можно оставить отзыв о конкурсной работе участника: